0af1d55e     

Брандис Е & Дмитревский В - Мир, Каким Мы Хотим Его Видеть



Е. Брандис, Вл. Дмитриевский
МИР, КАКИМ МЫ ХОТИМ ЕГО ВИДЕТЬ
Уверен я, что за годов грядой
Весь станет мир одним
вселенским домом,
Мир человечный, свежий,
молодой!
Н. Тихонов
Облик грядущего! Именно так Герберт Уэллс, травмированный
растущей угрозой фашизма и лихорадочной подготовкой к новой
мировой войне, назвал свой киносценарий, написанный в 1935
году и поставленный знаменитым английским режиссером Алек-
сандром Корда.
В этом сценарии Уэллс представил мир, растерзанный много-
летними бесчисленными войнами, пораженный смертоносными эпи-
демиями и чудовищной нищетой, мир, который по своему эконо-
мическому потенциалу и уровню культуры оказался отброшенным
на столетия назад, мир, раздробленный на крошечные, враждую*
щие между собой государства, управляемые жестокими и тупыми
диктаторами.
Но если в негативной части сценарий Уэллса в известной
степени оказался пророческим, - ведь уже в 1939 году Гитлер
двинул свои армии на завоевание Европы, - то в позитивной
писатель проявил себя недальновидным мыслителем, предполо-
жив, что строительство новой цивилизации окажется по плечу
лишь небольшой группе уцелевших техников, инженеров и авиа-
торов. Именно потому сконструированный Уэллсом "научный об-
щественный строй" - "Крылья над Миром" выглядш как некая со-
циологическая абстракция, больше всего напоминающая красивые
декорации для балетного спектакля.
Великий английский писатель, "моделируя" в своих социаль-
но-фантастических романах и полемических статьях мир будуще-
го, пытался создать некий сплав из идей американского эконо-
миста Т. Веблина о господстве технократии и реформистских
взглядов фабианского общества, к которому сам Уэллс примыкал
на протяжении нескольких лет.
Социалистическая революция в России, наложившая неизгла-
димый отпечаток на все последующее творчество Уэллса, заста-
вила его серьезно задуматься о проблематической возможности
наилучших общественных отношений, при которых не будет ника-
ких социальных антагонизмов и исчезнут противоречия между
личностью и обществом. "Кремлевский мечтатель" начертал пе-
ред ним грандиозные планы превращения нищей, изголодавшейся
России в процветающее социалистическое государство. Картина,
нарисованная Лениным, показалась Уэллсу еще более фантасти-
ческой, чем его собственные фантастические романы. И в то же
время, увидев в Москве и Петрограде ни с чем не сравнимый
революционный энтузиазм, не подвластный ни голоду, ни холо-
ду, писатель совершенно искренне и без всяких предубеждений
попытался понять, что же произошло в России и куда идет эта
загадочная страна. Один из первых среди крупнейших писателей
Запада он осознал всемирно-историческое значение Октябрьской
революции и заговорил о жизнеспособности Советской власти.
Репортаж Уэллса "Россия во мгле", нам кажется, может слу-
жить ключом для верного понимания лучшей из его утопий "Люди
как боги" (1923) - последней из великих утопий, созданных на
Западе, сыгравшей свою роль в утверждении этого жанра в со-
ветской фантастической литературе ("Следующий мир" Э. Зели-
ковича, "Страна счастливых" Я. Ларри, "Туманность Андромеды"
И. Ефремова, роман С. Снегова, смело озаглавленный "Люди как
боги" и др.). Ни в одной другой книге Уэллса контрастность
сопоставления реально существующего с желаемым не достигает
такой резкости, как в этом романе. Жителям Утопии, создавшим
"просвещенное научное государство", решительно противопос-
тавлена группа консервативных, отягощенных предрассудками
анг



Назад