0af1d55e     

Бояндин Константин - Ралион 3 (Осень Прежнего Мира)



КОНСТАНТИН БОЯНДИН
ОСЕНЬ ПРЕЖНЕГО МИРА
(СЕМЬ ЦВЕТОВ МАГИИ, РАЛИОН III)
Моей бабушке, Горбачёвой Надежде Васильевне
История 1. Поправка и проклятие
I.
Нападавшие появились словно из ниоткуда.
Человек, что привлёк их внимание, сидел на невысоком камне и, под проливным дождём, сосредоточенно рассматривал какой-то предмет. С точки зрения нормального человека, вероятно, было бы странно сидеть, промокнув до нитки, на камне, с едва светящимся фонарём в руке... но поживиться иногда удаётся в самых неожиданных местах.
Удар по голове был не очень сильным, но когда человек пришёл в себя, он валялся лицом вниз в бурлящей от дождя грязи, что-то холодное и острое прижималось к горлу, едва позволяя дышать, а чьи-то хриплые голоса с оживлением обсуждали его судьбу.
— ...Если скажет, что тут у него хорошего, то и живым останется, — пояснил, наконец, один из них. Человека грубо подняли из грязи и поставили на колени. Всё его имущество, выброшенное из мешка, лежало на грязной тряпке, что была недавно его плащом.
— Ну, воробушек, подай голос, — потребовал обладатель второго голоса и встряхнул пленника. — Рассказывай, что у тебя тут к чему. Если здесь есть что ценное, то...
— Украшения... из могилы вождя арратов, — с трудом прошептал человек, когда из мешочка на тряпку выпали изящные, чуть потускневшие браслеты, венцы, бусы — всё тонкой работы и, несомненно, древнее. — В... музей Оннда... — человек захрипел — лезвие плотнее сдавило ему горло.
— Лучший музей — это наши карманы, — пояснил обладатель ножа и его напарник довольно заржал. — Что ж, за такую жалкую душонку сойдёт. Что у него магического?
— Ничего, — тихо отозвался второй. — Я уже проверил. Он не маг.
— Тем лучше. — Лезвие отодвинулось и человека отпустили. Он упал на четвереньки, с трудом глотая холодный и восхитительно чистый воздух. — А это что ещё за дрянь?.. — и тяжёлый сапог поднялся над куском каменной пластинки, которую человек рассматривал в момент нападения.
— Не... надо, — прохрипел человек, протягивая руку к пластинке. Нога задержалась в воздухе и второй грабитель, что поспешно прятал украденное в мешок, поднял голову. — Не раз... бивайте. Заберите, продайте, подарите, но не ломайте.

Это очень ценный экспонат.
— Ну надо же! — восхитился обладатель лезвия. — Ему бы о своей шкуре заботиться, а он... — рука в перчатке подняла осколок за краешек. — Магическое?
Человек покачал головой. Сообщник повторил: — Нет у него ничего магического.
— Ладно, учёная душа, уговорил — рука положила пластинку в тот же мешок. — Будешь сидеть тихо — будешь...
Он не договорил. Сквозь плеск дождя и глухой рокот грома донёсся топот копыт. Кто-то быстро приближался со стороны большой дороги.
— Убегаем, — тот, кто держал мешок, скользнул во тьму.
Человек, шатаясь, поднялся на ноги и шагнул навстречу приближающемуся силуэту всадника.
Открыл рот, чтобы крикнуть.
Обжигающий холод пронзил ему грудь и заставил крик умереть, не родившись.
Всадник понял, что опоздал.
Грабители скрылись, напоследок убив свою незадачливую жертву.
Человек лежал в кровавой луже, постепенно размываемой дождём.
Вероятно, всадник вскоре двинулся бы дальше, поручив судьбу останков кому-нибудь ещё. Но слабый голос, что донёсся с земли, заставил его передумать.
— Помогите... — шёпот был едва уловим.
II.
Трактирщик с большим неодобрением следил, как прислуга помогла закутанной в плащ фигуре внести окровавленное тело какого-то бродяги в главный зал заведения. Многие завсегдатаи — среди которых были и некоторые весьма вли



Назад