0af1d55e     

Борисенко Игорь - Рекреация



Игорь Борисенко
Рекреация
Земля после глобальной катастрофы.
Ад, ставший уже не кошмаром, но — реальностью.
Но теперь, в агонии и бреду бесконечных войн, которые упорно продолжают вести оставшиеся государства, не время и не место применять НОВОЕ СВЕРХОРУЖИЕ. Да и откуда вообще взяться этому сверхоружию там, где удача — добыть лишний глоток воды или воздуха?
Люди попросту НЕ МОГУТ создать ТАКОЕ — ТЕПЕРЬ. Но тогда, откуда же взялось на нашей Земле ПОДОБНОЕ ОРУЖИЕ. И если используют его не люди, то — кто?!
И было утро, и был день, новый день тишины и одиночества. Где-то далеко кипела жизнь, кто-то боролся за власть, кто-то за любовь, кто-то за кусок хлеба.

Сергею Кременецкму власти не хотелось, хлеба он имел вдосталь, а любовь, когда нужно, он покупал по сходной цене в соседней деревне. Bce, что могла ему дать цивилизация, он получил и теперь хотел окончить свои дни в тишине и покое.
1. ЯВЛЕНИЕ
Утро ничем не отличалось от других, вереницей проплывавших из прошлого в будущее. Может быть, это было немного получше других, потому что с неба, наконец, сползла сизая дымка и земле открылось пронзительное сияние солнца.

Впрочем, солнечный свет на нынешнем этане цивилизации нельзя было причислять к хорошему: после того, как озоновый слой превратился в одну большую дырку, слишком стало много ультрафиолета в его спектре... Надев очки с мощными светофильтрами, Кременецкий вышел из своей усадьбы.

Угрюмые деревья окружали брошенную деревню, в которой он был единственным жителем. Старая дорога, превратившаяся в длинную лужайку, вела между почерневшими домами с ободранными крышами и пустыми окнами к крутому яру над заливными лугами.

Сзади трещали лопастями ветряки генераторов, по сторонам степенно шелестели ветвями сосны и березы, а впереди, над озерным приречьем, висела тишина. Черт знает, куда делись птицы: улетели однажды на юг и не вернулись.

Кажется, что на километры вокруг осталась одна лишь живая тварь божья, Серега Кремень, если не считать рыбы в озерах. Да и той скоро не останется тоже: проклятая деревенщина из Троицкого сыплет в поля с каждым годом все больше разной химической гадости. Весной ее смывает в озера и реку, отчего рыба дохнет косяками.
На краю яра он остановился и глянул вниз, приложив ладонь ко лбу. Луга колыхали на ветру свою сочную зелень, а некоторые из озер, казалось, наполняло блестящее серебро. Эх, сейчас бы хорошего северного дождя, чтобы смыть нанесенную с юга невидимую дрянь, но серая пелена на горизонте — вовсе не тучи, а дым горящего у Стрежевого леса.
В бору закричала кукушка. Какой жалобный и одинокий звук! Раньше отсюда, от Змеинки, можно было слышать тихое гудение машин в Уйданово, стрекот лодок на реке.

Когда-то это было... Лет двадцать назад.
От домов вперевалочку прибежала здоровенная овчарка с вываленным наружу темно-розовым язычищем. Глянув на хозяина, она улеглась у его ног, положила морду на передние лапы и тоже принялась разглядывать даль. Сергей, закинув руки за голову, тяжело вздохнул.

Собака встрепенулась, вскочила и беспокойно завертела хвостом. Тело ее напряглось, а из горла полилось глухое утробное рычание.
— Что такое? — спросил ее хозяин тихим надтреснутым голосом. — Гости?.. А ну, помолчи!
Собака умолкла, при этом укоризненно взглянув на Серегу. Тот стоял неподвижно, пока не уловил ухом тихий стрекот мотора. Иногда к нему приезжал старик из Троицкого, чтобы обменять излишки овощей из теплиц на молоко и мясо, вот только этот старик ездил на старом «Форде», а загадочный звук доносился с неб



Назад