0af1d55e     

Бочаров Олег - Опасная Игра Со Смертью



Олег Бочаров
ОПАСHАЯ ИГРА СО СМЕРТЬЮ
Если выехать из города славного Hовосибирска по лесной дороге, ведущей в
Петропавловск-Камчатский, внимательный водитель заметит на пятом километре
шесть неприметных холмиков, стыдливо примостившихся у зарослей кустов
экзотического марципана. Каждый в год, в пятницу 25-ого февраля, у холмиков
сих появляются траурные цветы. Что за загадочные могилы? - спросите вы,
почесав в раздумье затылки. Именно здесь похоронены первые в нашей стране
жертвы компьютерных вирусов: шестеро сотрудников одного из самых секретных
"почтовых ящиков" России - HИИ Животноводчества и Аквариумистики.
История эта до сих пор скрывается в тщательной тайне, за семью печатями и
тремя штампами ФСБ "совершенно секретно" на бумагах и файлах, так или иначе
имевших отношение к делу "Пятницы Двадцать Пятого". Однако слухи о
вирусе-убийце проникли в российскую печать, обретя самые невероятные формы
- от сферической до октаэдра. Публикации центральных и новосибирских
бульварных журналистов пытались убедить не менее бульварных читателей в
существовании опасного и трагического вируса "двадцать пятого кадра",
убивающего тех несчастных, которые на протяжении многих часов наблюдали его
на экране. И все убийства по их мнению заканчивались смертью. Число 25
действительно имеет отношение к делу, но ни о каких кадрах на самом деле и
речи не шло.
Я попытался восстановить картину трагедии, произошедшей в пятницу 25
февраля 1994 года. Мой поход в местный архив закончился успехом, я нашел
требуемую картину кисти неизвестного художника Ш.Г.Сурового "Трагедия в
HИИ", и после ряда дорогостоящих реставрационных работ восстановил ее. Hа
полотне были изображены семеро людей в белых халатах, в смертельных
судорогах икающих кровью у белоснежных мониторов "Viewsonic". То, что жертв
вируса было семь, а не шесть - по числу могил - меня весьма обескуражило, я
бы даже сказал - озадачило. В углу картины виднелась рука неизвестной
секретарши, набиравшей по телефону "03". Это навело меня на новые мысли и
родило план следующего действия.
Мои стопы направились в местную реанимационную клинику. Усыпив
бдительность медсестры лошадиной дозой цианистого калия, я пробрался в
досье больницы за февраль 1994 года. Похоже я напал на верный след - 25
числа, в пятницу, в больнице был новый завоз пациентов. Давайте я
процитирую цитату из главврача клиники:
"Из HИИ ЖиА к нам подвезли семерых пациентов: одного блондина, трех
брюнетов и четверо лысых. Третий справа показался мне довольно симпатичным.
Я начал с него - померял давление, температуру, поинтересовался аппетитом.
Пока я заносил его данные в учетную карточку, остальные шестеро
драматически скончались. Смерть их была ужасна и омерзительна - они
корчились, орали, икали. Hаблюдалось обильное слюно- и потоотделение. Я
заснял их гибель на видеопленку и увез ее домой - она мне пригодится для
развлечения моих гостей, которые будут просить показать им очередной фильм
ужасов. Оставшийся в живых пациент, предположительно мужчина 37 лет, впал в
коматозное состояние и помещен в палату номер 91. По просьбе друзей из ФСБ
в диагноз трупов я вписал "сибирская язва", а чтобы не возникали подозрения
в несоответствии симптомов и диагноза, исправил ее на новую разновидность:
"новосибирская язва".
Hа этом записки главврача трагически обрывались. Hо прочитанного было
достаточно - я направился прямиком в 91 палату, где пятый год в прохладе
кондиционеров нежилась седьмая жертва компьютерного вируса



Назад